| Главная | | Журнал | | | | | Форум | English |

Редакция

Новости

20 Ноября 2017
Жителя Иркутска посадят под домашний арест за разгром подпольного казино ->
20 Ноября 2017
Облава на казино: хозяева игорного клуба сбежали через потайную дверь ->
20 Ноября 2017
Во Владивостоке подпольное казино дорого обошлось супругам ->
18 Ноября 2017
В Самаре закрыли подпольное казино ->
16 Ноября 2017
На Южном Урале осудили банду, которая организовала подпольное казино ->
16 Ноября 2017
Организаторов интернет-казино в Тихвине ждет штраф до 1 миллиона рублей ->

Все новости

Вести со всего мира

12 Ноября 2017
Глава игорного регулятора Нью-Джерси может лишиться своего кресла ->
9 Ноября 2017
Четыре банка в Германии заподозрили в отмывании денег через казино ->
9 Ноября 2017
Tigre de Cristal Hotel & Resort получил официальное подтверждение статуса «Пять звёзд» ->
8 Ноября 2017
Во Вьетнаме строят огромный туристический кластер ->
6 Ноября 2017
Тотализаторы и казино в Великобритании обложат налогом в пользу больных игроманией ->

Все новости

Новости АДИБ

15 Ноября 2017
Игорная перспектива. Как и для кого строят казино в Приморье ->
2 Октября 2017
Огонь по людям В Лас-Вегасе расследуют массовое убийство ->
23 Сентября 2017
Подпольные казино лоббируют именем Шувалова ->
1 Декабря 2016
Какой репутацией пользуется Трамп среди российских воротил игорного бизнеса ->
16 Сентября 2016
Исполнительный директор Ассоциации деятелей игорного бизнеса Валерий Порк поздравил BBR c 2-летием! ->

Все новости

Рассылка

RSS — новости
RSS — новости АДИБ

Скачки и бега | все материалы

«Легких коней под ярмо - быстроногих и жаждавших брани"

«... Всю свою жизнь эти люди проводят за вином и игрой в кости, в вертепах, увеселениях и на зрелищах. Великий Цирк является для них и храмом, и жилищем, и местом собраний, и высшей целью всех их желаний. Люди, успевшие пожить до пресыщения, клянутся богами, что гибель грозит Отечеству, если тот наездник, на которого они поставили в ближайшем заезде, не придет первым. Безделье так въелось в их нравы, что лишь только забрезжит утро желанного дня конских ристаний, как все стремглав мчатся в Цирк чуть ли не быстрее самих колесниц, которым предстоит состязаться».

(Гомер "Илиада")

Почти семнадцать столетий минуло с тех пор, как позднеримский историк Аммиан Марцеллин описал страсть своих современников к конным ристаниям. Для большинства римлян, проводивших на цирковых аренах значительную часть своей жизни, латинская фраза «Хлеба и цирков!» превратилась в основу мировоззрения, а для знати конный спорт стал столь же неотъемлемой частью досуга, как отдых в термах, услаждение вином и многодневные пиры.

На протяжении двух с половиной тысячелетий – со времен Гомера до падения Византийской империи - соревнования колесниц были основным зрелищем античного мира. Одно из ранних дошедших до нас описаний скачек оставлено в ХХIII песне «Илиады», рассказывающей о состязаниях пяти племенных вождей на двуконных колесницах во время погребальных игр в память участника Троянской войны Патрокла.

С начала VII в. до н.э. ристания колесниц, выделившись среди других Олимпийских состязаний, были признаны публикой наиболее зрелищным и увлекательным видом спорта, весьма скоро превратившимся в элитное времяпрепровождение римской знати. И это не случайно. Ведь за победу в иппических состязаниях чествовали не возницу, а владельца коней и колесницы. Поэтому состоятельные аристократы уже тогда отдавали предпочтение именно конным состязаниям: если атлетом мог стать любой грек, то выставить колесницу с достойными лошадьми было под силу лишь избранным. Одним из таких «избранных» стал афинский политик и военных стратег Алкивиад, отправивший на Олимпиаду сразу семь своих колесниц. Историки (Плутарх, Фукидид, Еврипид, Исократ), описывающие этот исключительный случай, сообщают, что честолюбие Алкивиада было удовлетворено: все четыре олимпийские награды были поделены между его колесницами.

В культуре Римской Империи греческая традиция проведения конных ристаний достигла своего апогея, ибо здесь отношение к лошади было особенным. Едва ли не все римские императоры питали глубокую привязанность к своим любимым коням. Порой чрезмерная забота о них, переходящая в поклонение этим красивым и умным животным, становилась причиной возникновения самых неслыханных легенд. Считалось, например, будто бы у лошади Юлия Цезаря ноги были «как у человека, и с копытами, расчлененными, как пальцы». Когда она родилась, гадатели предсказали ее хозяину власть над всем миром - тогда Цезарь ее бережно выходил и первый объездил (ибо других седоков она к себе не подпускала), а впоследствии даже поставил ей статую перед храмом Венеры-Прародительницы.

В Риме существовало множество празднеств, так или иначе связанных с культом лошади. Одним из них был праздник в честь хранителя урожая бога Конса, проводившийся едва ли не со времен Ромула в длинной узкой долине между Палатинским и Авентинским холмами – на месте будущего знаменитого Большого Цирка (Circus Maximus). Основой этого праздника были конские бега, изначально являвшиеся частью религиозной церемонии и не носившие духа соревновательности. Однако со временем религиозная составляющая постепенно сошла на нет - и конные ристания превратились в самоценное зрелище.

Римом была воспринята олимпийская система скачек, включавшая бег легких двухколесных квадриг. Позже были добавлены соревнования колесниц, запряженных двумя взрослыми лошадьми либо четырьмя жеребятами; верховые состязания юных всадников на жеребятах; а также бег колесницы, запряженной мулами. Однако со временем, пресытившись классическими видами ристаний, римские императоры начали изменять их, согласно собственным вкусам. Например, Нерон, отличавшийся необузданной фантазией в отношении различного рода унизительных выдумок, однажды заставил проскакать именитого всадника по натянутому канату верхом на слоне. В другой раз изобретательный император вывел на соревнования колесницы, запряженные четверкой верблюдов.

Самое же невиданное зрелище устроил Калигула, решивший опровергнуть некогда данное астрологом предсказание, что он «скорей на конях проскачет через Байский залив, чем будет императором». Как сообщает Светоний, Калигула «перекинул мост через залив между Байями и Путеоланским молом, длиной почти в три тысячи шестьсот шагов… По этому мосту он два дня подряд разъезжал взад и вперед: в первый день – на разубранном коне, в дубовом венке, с маленьким щитом, с мечом и в златотканом плаще; на следующий день – в одежде возницы, на колеснице, запряженной парой самых лучших скакунов, и перед ним ехал мальчик Дарий из парфянских заложников, а за ним отряд преторианцев и свита в повозках».

Столь экстравагантная прихоть Калигулы, в буквальном смысле слова доказавшего свое право на имперский трон, стала блистательным исключением из правил организации конных представлений, традиционным местом проведения которых являлись многочисленные арены специально сооруженных для этих целей цирков.

Ранняя из античных арен была построена в 680 г. до н.э. на берегу реки Алфей на территории древней Олимпии. Самым крупным из сохранившихся до наших дней античных ипподромов считается стадион в Тире, в настоящее время являющийся популярным местом проведения летних фестивалей искусств. Однако наиболее известным античным стадионом стал не сохранившийся до наших дней легендарный Circus Maximus, описанный Дионисием Галикарнасским в 7 г. до н.э. как одно из чудес Рима и долгое время служивший образцом для других цирков.

Римский историк Тит Ливий, автор «Истории Рима от основания города», сообщает, что в 329 г. до н.э. на одной из открытых сторон долины были сооружены первые постоянные строения Circus Maximus: стойла, из которых выезжали колесницы, и деревянные трибуны. Окончательное же устройство Большой Цирк получил лишь на рубеже I в н.э. – в годы правления Октавиана Августа, который выстроил на палатинской стороне арены императорскую ложу, украсил арену обелиском из Гелиополиса, а также выделил специальные места для сенаторов и членов сословия всадников. Позже император Клавдий заменил деревянные загоны мраморными, а деревянные конические столбы, отмечающие место поворота колесниц, – бронзовыми с позолотой. Нерон для увеличения площади арены приказал засыпать выкопанный при Цезаре трехметровый ров, который предназначался для защиты от диких зверей; при императоре Домициане увеличилось количество загонов. В IV в. Константин Великий приказал облицевать наружные фасады и интерьеры Большого Цирка белым мрамором и украсить фресками, позолотой, многочисленными статуями из разноцветного камня и позолоченной бронзы.

В результате многочисленных изменений окончательно оформленный Circus Maximus представлял собой овал длиной 620 и шириной около 150 метров и мог вместить более трехсот тысяч зрителей! Один из концов Цирка имел дугообразный изгиб, где на одинаковом расстоянии от линии старта располагались двенадцать открывающихся одновременно стойл для лошадей и колесниц. В центре между стойлами находились Торжественные ворота, а над ними – специальная ложа, из которой организатор игр, подавая сигнал к началу заезда, бросал вниз белый платок. На противоположной стороне Цирка, в центре закругленной его оконечности, располагались Триумфальные ворота, через которые, сопровождаемый ликующими криками толпы, удалялся победитель конных состязаний.

Благодаря своему престижу и благоволению состоятельных патрициев и императоров оплачивался этот красивый, но смертельно опасный спорт очень щедро. Нередко торжествующий победитель уже в следующем заезде оказывался поверженным: от увечий и гибели не были застрахованы даже самые опытные возницы, и многие из них погибали в юности. Так, легендарный наездник Скорп погиб в 26 лет, Моллик — в 20, Аврелий Тациан — в 21, а Кресцент — в 22 года. Причем каждый из них на момент своей смерти одержал не менее тысячи побед! Поэт Пиндар, страстный поклонник скачек, писавший оды в честь владельцев победивших упряжек, воспел заезд, в котором стартовало сорок колесниц, и лишь одна, спустя семь положенных кругов, достигла посыпанной мелом финишной черты.

И все же азарт римлян к конным бегам был столь непреодолимым, что, несмотря на смертельную опасность, они вновь и вновь испытывали благосклонность судьбы. Даже императоров жег соблазн выступить на ристаниях в качестве возниц. Причем некоторые из них, уступив азартной мечте, отваживались самолично участвовать в состязаниях.

Так, император Нерон, с малых лет болея безмерной страстью к скачкам, уже, будучи императором, в тайне продолжал играть на доске маленькими колесницами из слоновой кости. Его мечта оказалась сильнее правил имперского этикета: пожелав выступить возницей всенародно, Нерон, «поупражнявшись в садах, среди рабов и черного народа, появился на колеснице перед зрителями в Большом цирке, и какой-то его вольноотпущенник с магистратского места подал знак платком к началу скачек». Светоний сообщает, что однажды во время Олимпийских игр в Греции император изъявил желание править колесницей, запряженной десятком лошадей. Его не остановило то, что подобная задача являлась трудновыполнимой даже для искушенного профессионала-возничего: взбалмошный и самоуверенный, он схватился за вожжи и на первом же повороте был выброшен из колесницы. Не в силах долее продолжать скачек, император сошел с дистанции, однако у судей не оставалось иного выбора, как признать его победителем. За свое минутное удовольствие Нерон пожаловал судьям римское гражданство и денежную награду, а всей провинции даровал свободу.

В качестве возницы выступала перед народом и император Калигула, чья «лошадиная страсть» доходила до безумия, а любовь к роскоши не знала пределов. Известно, например, что для своего любимого коня Быстроногого он приказал выстроить конюшню из мрамора и ясли из слоновой кости, украшенные пурпурными покрывалами и жемчужными ожерельями. Император даже «отвел ему дворец с прислугой и утварью, куда от его имени приглашал и охотно принимал гостей». Ревниво оберегая спокойствие коня, Калигула всякий раз накануне скачек посылал солдат наводить тишину по соседству и даже собирался сделать Быстроногого консулом. К сожалению, до нашего времени не дошло описания тех процессий, которые сопровождали Калигулу и его любимого коня в дни из собственных заездов. Об их грандиозных масштабах нам остается лишь догадываться.

Обычно же скачки предваряло торжественное шествие, начинавшееся от стен Капитолия, а затем через Форум спускавшееся к Цирку. Впереди следовал облаченный в пурпурную тогу триумфатора эдитор, которым мог стать человек любого происхождения, шедший на огромные траты ради получения какой-либо выборной должности. Зачастую судьба эдитора зависела от исхода скачек, в случае неудачи которых он, как правило, проваливался на выборах либо разорялся. Если же устроителем ристаний выступал человек знатный — на ипподром он ехал на запряженной парой белых лошадей колеснице в окружении толпы клиентов, несущих пальмовые ветви и золотой венок. За ними верхом следовали юноши из сословия всадников, далее — участники предстоящих скачек на колесницах, потом - музыканты, танцоры, шуты и юноши, облаченные в козлиные шкуры сатиров. Завершали процессию жрецы, несущие жертвы и установленные на роскошных колесницах позолоченной слоновой кости статуи богов и обожествленных императоров. Их сопровождал или консул, или император со своим двором и сенаторами.

После того, как процессия огибала арену, император отправлялся в свою ложу, а остальные зрители занимали места в соответствии с порядком, окончательно утвердившимся при Октавиане Августе: рядом с императорской ложей, на подиуме, располагались высшие сановники, понтифики, сенаторы и весталки, затем следовали места, предназначенные для многочисленного сословия всадников и остальных зрителей.

Нередко римлянам приходилось занимать места в цирке за несколько часов до начала скачек. История сохранила сведения об одном из эпизодов, произошедшем на ипподроме во времена императора Калигулы: однажды ранним утром, пытаясь поделить свободные места на аренах, толпа подняла такой шум, что разбудила императора. Рассерженный Калигула немедленно приказал разогнать народ палками и придумал нарушителям своего покоя маленькую месть. На очередном из состязаний, дабы потешиться ссорой плебеев и всадников, он «раздавал даровые пропуска раньше времени, чтобы чернь захватывала и всаднические места». О том, остался ли император доволен представившимся зрелищем, - история умалчивает.

Заняв свои места, зрители начинали изучать выгравированные на пластинках из слоновой кости или меди программы соревнований, спеша до начала игр сделать ставки. Умение быстро ориентироваться в ситуации и вовремя рискнуть являлись важнейшими качествами цирковых болельщиков: ведь удачно сделанная ставка могла кардинально изменить жизнь человека, а для плебеев она становилась единственной возможностью подняться по социальной лестнице. Поэтому, проиграв все, люди в отчаянии нередко ставили на кон собственную свободу. В наше время трудно представить те чувства, которые испытывал такой болельщик в ожидании заезда, исход которого должен был решить его судьбу. Аплодисментами и криками публика торопила начало скачек, бросая нетерпеливые взгляды в сторону Торжественных ворот и ложи организатора игр.

По условиям соревнований колесницы должны были объехать дистанцию семь раз: для этого арена цирка была поделена пополам продольным каменным возвышением («spina»), с торцов завершавшимся тремя коническими столбами-метами и украшенным египетскими обелисками, жертвенниками, статуями богов и возничих-победителей. Для подсчета кругов на хорошо видных всем зрителям концах spina помещались: с одной стороны 7 «яиц» (символизировавших покровителей Рима божественных близнецов Кастора и Поллукса); с другой — 7 дельфинов (священных животных покровителя лошадей Нептуна).

Наконец, под все возрастающий рокот трибун белый платок организатора игр падал на арену – и в этот момент все колесницы одновременно вырывались на дистанцию… С ошеломляющей скоростью, оставляя позади клубы взбитой пыли, колесницы мчались по ипподрому, огибая spina и накреняясь так, что зрители, испуская невольный крик, вскакивали со своих мест. Круг за кругом проносились мимо трибун вспененные морды лошадей, спаянные в едином вихре спицы колесниц, конские ноги и хвосты, украшенные лентами и драгоценными каменьями. И лишь по ярким одеждам возничих, мелькавших в этой неистовой гонке, зрители узнавали победителя ристаний, крича в его честь триумфальное: «Ника!».

Со временем в цирках сложились партии болельщиков – «димы» - получившие названия от цвета одежд возничих, соответствовавших четырем стихиям: земле (зеленые), воде (голубые), воздуху (белые) и огню (красные). Прекрасно организованные, имевшие свою кассу, дававшие средства на содержание кучеров, лошадей и колесниц, «димы» всегда соперничали с болельщиками других «цветов», причем в эпоху Византийской империи такая вражда приобрела остро политический характер, нередко перерастая в народные восстания. Поэтому византийским императорам приходилось лавировать между «димами», не допуская их объединения против государственной власти. Римские же цирковые партии, образованные состоятельными гражданами или всадниками, получившими на откуп у государства право на поставку лошадей для бегов, не были столь политизированными – и римские императоры состояли в них как обычные зрители, искренне болевшие за победу любимого «цвета».

Так, император Домициан самолично основал партии «золотых» и «пурпурных»; Гальба и Вителлий состояли в «партии голубых»; Нерон и Калигула болели за «зеленых». Причем известно, что Калигула был столь «привержен и привязан к партии "зеленых", что много раз и обедал в конюшнях и ночевал, а вознице Евтиху после какой-то пирушки дал в подарок два миллиона сестерциев».

Поклонником партии «зеленых» с отроческих лет был и император Нерон. Казалось, для этого своевольного, невоздержанного и жестокого человека скачки являлись одним из немногих занятий, к которым он относился сердечно и искренне. Как сообщает Светоний, «однажды, когда он с товарищами оплакивал смерть "зеленого" возницы, которого кони сбросили и проволокли по арене, учитель сделал ему замечание, но он притворился, что речь шла о Гекторе».

Нерон старался не пропустить ни одного состязания: «на все цирковые игры, даже самые незначительные, приезжал со своих вилл – сперва тайно, потом открыто, так что уже все знали, что в положенный день он будет в Риме. Он не скрывал намеренья увеличить число наград: поэтому заездов делалось все больше, скачки затягивались до вечера, и сами хозяева колесниц не соглашались выпускать своих возниц иначе, чем на целый день».

Страсти по лошадиным бегам бушевали в Римской империи на протяжении многих столетий, и если в середине II в. до н.э. в день состязаний проходил лишь один заезд, то уже при Октавиане Августе их насчитывалось около дюжины, при Калигуле и Нероне — до полусотни а в конце I в., при Домициане, — примерно сто.

Почти тысячелетие Circus Maximus, поражавший современников грандиозными размерами и великолепным оформлением, являлся центром столичной жизни и одним из символов Римской Империи. Игры и состязания проходили здесь регулярно до исхода VI в., когда ветшающие цирковые постройки уже начали разбирать на строительный камень. Разрушение продолжалось на протяжении всей эпохи Средневековья, вплоть до начала ХVI в., когда некогда величественное здание Цирка практически исчезло. Раскопки, проводившиеся в конце 1930-х гг., дали минимальные результаты. И теперь о существовании Ипподрома, в котором кипела, блистательная и кровавая, роскошная и жестокая жизнь, напоминают лишь огромное овальное очертание с подковообразным следом стойл и тенью беговых дорожек. Вторя судьбе некогда могущественной Римской Империи, Circus Maximus растворился в беспощадном потоке времени.

После падения Рима роль центра конных состязаний перешла к Византии с ее знаменитым Константинопольским ипподромом, унаследовавшим латинскую цирковую систему: методы устройства соревнований, цирковые димы и присутствие на состязаниях императора. Просуществовав десять столетий, Константинопольский ипподром, как и Circus Maximus, бесследно исчез: в 1204 г. крестоносцы полностью разрушили Ипподром и перенесли украшавшую его знаменитую четверку бронзовых коней на фронтон собора Сан-Марко в Венеции. После крушения Византии скачки продолжали проводиться в Европе, но, как правило, они были плохо организованы, и лишены былой значимости и великолепия. В эпоху Средневековья возникло новое развлечение – рыцарские турниры. Скачки же, как самостоятельный вид спорта, начали возрождаться лишь в ХVII столетии с появлением чистокровной верховой породы.

Античным ипподромам с ристаниями квадриг было суждено навсегда остаться достоянием истории. Однако память об античном этапе конного спорта живет и поныне в исторических хрониках, греческих вазах и римских рельефах – молчаливых свидетелях минувшего, дарящих нам чувство преемственности тех далеких времен, когда только зарождался этот красивый и рискованный спорт - новый респектабельный стиль жизни.

Ольга Жарковская



Комментарии читателей

Gritamibbroda Jun 18 2011 7:51AM

Coбepем для Вac пo сeти интеpнeт базy дaнных пoтенциальных kлиeнтов для Вaшегo Бизнеca (нaзвание, тeлeфон, имя, e-mail,poд деятeльноcти и дp ) Точно, много, нeдорoгo! Пoдробнeе yзнайтe по Skype: prodawez3837

Страницы: 1 |

Ваш комментарий

Ассоциация    |    Журнал    |    Каталог    |    Путеводитель    |    Законодательство    |    Форум    |    КЛУБ

Ассоциация Деятелей Игорного Бизнеса (АДИБ)
107031, г.Москва, Петровский переулок д.5 стр.3
Тел: +7(495) 374-60-45, +7 (985) 960-60-70, +7 (926) 124-08-50. Для связи со СМИ: +7 (903) 578-61-20. E-mail: info@adib92.ru
Использование материалов сайта возможно только при письменом согласии редакции ADIB92.RU